Неприкаянный. Мичман с «Варяга» - стр. 25
Вот и всё. Минимум одна пуля пробила корпус, и этого вполне достаточно, чтобы потопить мину. Но я не стал надеяться на случай и выдал ещё одну короткую очередь, вновь добившись попаданий.
– Отличная работа, мичман, – с помощью рупора похвалил меня Степанов.
– Хорошо иметь пулемёт, господин капитан второго ранга. У меня на борту в наличии ещё один, который я намерен сдать в Артуре. У вас есть шансы прибрать его к рукам.
– Буду иметь в виду. Ладно, пора возвращаться в крепость.
– Не будете ожидать сопровождение?
– Нет. Тут всего-то три часа экономичным ходом, пасмурно, видимость плохая. Так что присоединяйтесь, – великодушно предложил он.
– Есть, – козырнул я.
Интересно, чем обернётся решение Степанова? Ведь ничего не случится. Правда? Тут же недалеко, видимость и впрямь не ахти, и издалека дымы не рассмотреть. Да и не такой уж и густой этот дым, уголь в ямах добротный…
А вот хрен тебе, золотая рыбка! Нет, ну вот что такое не везёт и как с ним бороться. Я пока без понятия, что там за корабль несётся к нам на всех парах, но ни капли сомнений, что это японец.
– Казарцев, сообщение на «Енисей», предлагаю идти в Артур полным ходом. Я на разведку.
– Есть, – коротко бросил сигнальщик.
– Снегирёв, лево сорок пять, курс двести десять градусов.
– Есть лево сорок пять, курс двести десять градусов, – ответил рулевой.
– Ложкин, орудие на корму. Туда же двадцать гранат.
– Есть, – отозвался кондуктор.
– Галанцев, минный аппарат на нос.
– Есть, – гаркнул минный машинист, ну или всё же торпедист.
– Вруков, разжигай дымогенератор.
– Слушаюсь, – с готовностью отозвался наш второй кочегар, свободный от вахты.
– Андрей Степанович, отцепи ялик. Он нас будет стеснять.
– Слушаюсь, – со вздохом ответил боцман с явным неудовольствием.
Ну что тут сказать, он у нас хозяйственный. Иначе и не выслужился бы, потому как обычно на такую должность стараются назначать сверхсрочников. Признаться, меня и самого жаба душит, но ничего не поделаешь, придётся избавляться от шлюпки. Подумал было прострелить её, чтобы пошла на дно, но потом передумал. Для японцев этот трофей ничего не значит, а так, глядишь, повезёт какой-нибудь небогатой рыбацкой семье.
Ход увеличивать не стал. Нужно дать время дымогенератору раскочегариться. А это минимум пять минут. Если волнение даст возможность разогреть металл. Так-то нагреваемая труба находится в другой, большего диаметра, но по краям их всё же заливает. Проклятое волнение. Нет, однозначно нужно ладить нормальную схему, а не эту времянку.
Когда дистанция между нами сократилась до двадцати одного кабельтова, японцы открыли огонь. Малокалиберная артиллерия по нашему катеру, основной калибр из трёх стопятидесяти и стольких же стодвадцатимиллиметровых орудий ударили по «Енисею».
Мы всё время маневрировали, не позволяя противнику пристреляться. Но снаряды ложились всё гуще, взбивая фонтанчики воды. Так-то японцы предпочитают гранаты даже в малокалиберных пушках, но есть к ним и болванки, каковых, по идее, для нашего катера вполне достаточно. Нам ведь реально много не надо.
Я не спешил, а потому катер продолжал идти средним ходом в десять узлов. Вполне достаточно для маневрирования и в то же время позволяет оттянуть момент сближения. Хотя с каждой секундой вероятность попадания возрастала. На нашей стороне ещё и волнение, не позволявшее к нам пристреляться. Вот только вечно это продолжаться не может.