Второй шанс для непрощенного - стр. 26
– Тогда не смеем больше задерживать, доброй ночи, – отдал честь один из стражей порядка, вызывая у меня полнейшее недоумение.
– А в чем дело? Почему вы все это спрашиваете?
– Должны были проверить заявление о похищении человека. Оно не подтвердилось. Всего хорошего, – он еще раз попрощался и оба полицейских заспешили по лестнице вниз, даже не вызывая лифт.
– Стойте, – в последний момент спохватилась я, – а кто заявление-то написал?
– Конфиденциальная информация, до свидания! – крикнул второй полицейский уже с нижней площадки, и они ушли, оставив меня в полном недоумении стоять босиком на холодном бетоне.
Заявление о похищении? Что? Кто?
Я вернулась в квартиру, чтобы столкнуться с мамой.
– Ты чего натворила? Что полиция хотела, арестовать?
– Мам! Почему сразу мысли, что я что-то натворила? – возмутилась я. Нет, у меня тоже была мысль, что дело в перепутанном телефоне и том, что Гордеев его решил вернуть. Но она-то что сразу так думает?
– Погоди, я слышал, они что-то про похищение сказали, – попытался успокоить ее Владимир. Это, правда, не успокоило, а скорей наоборот.
– Похищении? Кто кого похитил? Вероника, что происходит? – она начала закидывать меня вопросами, на которые у меня не было ответа, а только непреодолимое желание ударить себя по лицу ладонью. – Это Артур тебя что ли ищет? Ты что неправду мне сказала? Ты не ушла от него? Он что, не знает?
– Все он знает! И это не он, я уверена, – у меня не было сомнения, что человек, который бросил меня ночью на дороге в лесу, точно не стал бы бежать в полицию и писать заявление о похищении. Он же ждет, что я сама приползу на брюхе выпрашивать его деньги в обмен на покорность и хорошее поведение.
– А кто тогда? Ника, отвечай, во что ты опять ввязалась?
– Да ни во что, идите спать, мам. Все уже хорошо, – я попыталась ее развернуть и передать в руки Владимиру, который сохранял спокойствие, хотя бы видимое. – Наверное, вообще ошиблись.
– Как могли ошибиться, у тебя паспорт спросили и у нас. Нас что, тоже подозревают?
– Да нет же, никто вас… – мои объяснения прервал звонок в дверь.
Опять полиция? Что-то забыли спросить или бумаги какие-то надо подписать в доказательство, что меня никто не похитил? Я посмотрела в глазок и резко отшатнулась.
Блин! Хотя теперь все стало понятно. Кто мог начать меня искать с полицией.
– Кто там? – мама не унималась.
– Это ко мне, все хорошо. Идите спать! – я выскользнула за дверь и плотно закрыла ее за собой, чтобы мама не успела увидеть ночного гостя. Вжалась спиной в дверь, загородив собой глазок.
Но не успела и рта раскрыть, чтобы сказать Гордееву, что я думаю о ночных визитах без предупреждения и вызове полиции, как вдруг оказалась прижатой к его груди. Уткнулась лицом в расстегнутый ворот его рубашки, будучи сильно ниже его ростом без обуви, вдохнула и потерялась.
Горячо, тесно в кругу его рук, и снова кедр с кардамоном утопили меня, перехватывая дыхание. Но больше всего его собственный запах, что я, оказывается, все еще помню, все еще плавлюсь, медленно теряя последние мозговые клетки.
Почему именно сейчас я вдруг смогла выдохнуть, будто, наконец, все хорошо…
– Слава богу, – прошептал он мне в макушку, это привело меня в чувства. Я оттолкнулась ладонями от его груди, тут же возмущенно оглядывая с ног до головы. Он сделал то же самое, но с облегчением во взгляде, – прости. Не хотел напугать.