Серебро для Отшельника - стр. 42
Ее щеки вспыхивают в свете свечей, глаза служанки расширяются, она даже вроде бы улыбается, но потом понимает, что радости в моих словах нет. Еще немного молчит, сводя все к одному.
— А вы? – все же не рискует озвучить собственные мысли.
— А я… - прикрываю глаза, наслаждаясь теплой сытной благодатью в собственном теле. – А я дура, Лира.
— Вы… - служанка снова переходит на шепот, - вы… его… Императора… - выдыхает и сидит с таким видом, точно ее по голове огрели.
Довольно занятное зрелище.
И чего удивляться, что Лира сама все поняла. Наверняка я много раз кудахтала ей что-то о том, как мне нравится Эр, какой он замечательный. Да и не слова тут важны, а как они произнесены, с каким выражением лица. Мое наверняка в тот момент было глупейшим.
— Я сказала, что люблю его. Вернее, не сказала напрямую, но он точно это понял.
— Боги всемилостивые.
— Боги тут ни при чем, Лира, - вздыхаю я. – Это просто я дура. Огромная, набитая соломой. И хорошо еще если соломой, а не чем-то со скотного двора.
— Не говорите так, госпожа, вы хороший человек.
— Разве хороший человек не может быть дураком? Спасибо, - протягиваю ей опустевшую плошку. – Правда, большое спасибо.
— А тот, за кого вас выдают замуж, - осторожно интересуется Лира, - он так плох? Старый? Противный?
— Нет, - отвечаю честно. Кажется, я и правда немного успокоилась. Наелась, согрелась и успокоилась. А может организм на сегодня истратил запас слез. – Совсем не противный. С ним приятно поговорить. Наверное, в другое время он бы даже мог мне понравиться.
— Это же отлично. Не мне вам говорить, но почти все браки среди семей, от которых что-то зависит, строятся ни на каких ни на чувствах, а на расчете и целесообразности. И хорошо, если молодые примерно одного возраста, а то ведь отдают девицу за старика, который не вспомнит, когда потерял последние зубы. И вынуждена бедняжка ухаживать за ним, обмывать, - Лира морщится, ее лицо искажается отвращением. – Может, не все так скверно, госпожа?
Она говорит тихо и осторожно, наверняка боится вызвать во мне новый потоп. И ведь правильно говорит. Я и сама все это понимаю. Только понимать и принимать – вещи очень сильно разные. И все равно, что она это говорит.
— А ты когда-нибудь любила, Лира? – никогда не спрашивала ее о подобном. Именно о чувствах.
— Конечно, - улыбается та. – Каждого, с кем дозволяла с собой непотребство.
— Лира! – вот и я сама улыбаюсь.
— А что? Я не из важной семьи, я вообще не знаю, из какой я семьи. Мой брак не укрепит никакие связи.
— Но как твой будущий муж отнесется к тому, что ты не девица? Он же все равно будет, рано или поздно.
— Поди будет, госпожа, - нисколько не тушуется Лира. – Да только для кого себя беречь? На Севере издревле всю было против человека. Охотник уходил в лес и мог никогда не вернуться. Молодой, старый, опытный или новичок – лес не жалеет никого. А войны между кланами? И вот ждешь ты того единственного, бережешь себя, а на утро к вам из соседнего клана, да в превосходстве численном. Мужиков под меч, молодых баб в полон. Хорошо, если жить у себя оставят, а то потешатся и горло перережут.
— Но это же когда было? Давно.
— Давно оно давно, госпожа, да только не столь много с тех пор воды утекло. Север много лет в мире не жил. Так отчего страдать, отчего не позволить себе немного радости под сенью леса? Что в этом плохого?