Мой дорогой Влад - стр. 11
Лицо Влада изменилось, будто темная туча наползла. Его школьные дружки, посмеиваясь, с интересом ожидали его реакции, а я застыла как вкопанная, думая лишь об одном: «Надеюсь, твой гнев никогда не обрушится на меня».
Влад хмыкнул. Недобрая усмешка, но, увы, для меня не в новинку. Таким он тоже мог быть, и ничего хорошего после таких ухмылок не происходило.
Официально к тому времени Влад школу уже месяц как закончил, ему не было нужды идти на уроки. Но он пошел. И на заднем дворе учебного заведения, ближе к гаражам, в тот же день под улюлюканье толпы произошла расправа над незадачливым соперником.
Парень был младше и намного слабее. Он не занимался спортом, не был таким высоким и широким в плечах, как Влад, за его спиной не было поддержки всей школы. Он был обычным парнем, которому понравилась обычная девушка.
Влад избил хилого противника до потери сознания. Но не более! Влад-подонок знал меру, и даже он не был настолько самоуверен, чтобы не понимать: за серьезные телесные повреждения можно и схлопотать.
Во время экзекуции я стояла в стороне и со слезами на глазах тормошила Сашу, умоляя его образумить нашего друга. Я кричала и материлась. Я была напугана до смерти. Мне было плевать, кто прав, кто виноват, лишь бы побоище прекратилось.
В тот день я узнала о себе нечто новое: мне не свойственно наслаждаться чужой болью. Жестокость Влада вызвала в моей душе протест. Но просто вмешаться я тоже не могла: в подростковой иерархии это лишь ухудшило бы ситуацию. Вот поэтому я и пристала к Саше: он мог вмешаться, не уронив при этом ничье достоинство.
Господи, о чем я тогда переживала!
– Сделай что-нибудь! Тот парень ни в чем не виноват!
– Еще бы не виноват, – ответил Саша жестко. – Она виновата…
Я обернулась, чтобы посмотреть туда, куда указывал Саша… и увидела Матильду. Она стояла невдалеке, закрывав лицо руками, и плакала. Казалось, еще мгновение – и девушка упадет замертво, таким бледным и полным ужаса было ее лицо.
– С ней будет другой разговор, – добавил Саша, рассматривая девушку.
– Какое, к чертям, виновата?! В чем?!
– Сама знаешь.
Те минуты я помню очень четко, будто они проходят передо мной в замедленной сьемке. Я рассматривала толпу, опьяненную адреналином и зрелищем. Обычные школьники пятнадцати-семнадцати лет кричали «Браво!» в особо яркие моменты боя, когда противник Влада падал на землю, чтобы потом снова подняться и попытаться дать сдачи. Влад играл. Я узнавала блуждавшую на его лице сытую улыбку. Мой жестокий друг развлекался: давал время слабому противнику прийти в себя и поверить с свои силы, а потом снова нападал.
Девушки смотрели на него с восхищением, парни – с завистью. И лишь Матильда – с ужасом, как на чудовище. Это была реакция человека, имеющего голову на плечах. Она не шла на поводу у толпы, и ей не доставляло удовольствия быть причиной драки.
Несколько раз она пыталась пробраться в круг и прекратить бой. Будто бы ей кто-то позволил! Каждый раз ее ловко оттесняли назад, пока она не сдалась и снова не отошла в сторону. Она не видела, что происходит внутри круга, но каждый раз, когда толпа подымала голос, аплодируя нападавшему, Матильда вся сжималась и будто уменьшалась в размере. На ее лице появилось выражение: «Кто-нибудь, заберите мне отсюда!»