Маленькие путешественники - стр. 6
– Это и есть море? – воскликнул Жан, глядя на бесконечную водную синеву.
– Как? – спросил удивленный Фрибулэ, – разве ты никогда не видел моря?
– Никогда! В наших краях мы не знаем, что такое море…
– Бедный мальчик! – с глубоким состраданием прошептал Фрибулэ. – Вот, посмотри, Алжир лежит в той стороне, а эти острова называются вот как.
И Фрибулэ перечислил названия всех близлежащих островов, а затем указал на огромный маяк с вертящимися фонарями, который освещает порт в ночном мраке; следуя его путеводным огням, парусные суда при попутном ветре входят в марсельскую гавань темной ночью так же смело, как днем.
– А это что за лес? – спросил Жан, указывая на бесчисленное множество мачт.
– Это старая гавань, – отвечал Фрибулэ. – То, что ты видишь, – это все мачты и снасти кораблей, которые стоят там целыми неделями, ожидая своей очереди на разгрузку.
– А что, если они загорятся?
– Лучше не говори об этом, мой мальчик! Страшно подумать, что было бы, если бы это случилось! Ни одно судно не спаслось бы от огня, если бы загорелся старый порт, а их там тысячи три… Но я и думать об этом не хочу. Посмотри-ка лучше вот туда: видишь трехцветный вымпел? Это наша «Мария-Габриэль».
Но как ни напрягал Жан свое зрение, он ничего не смог разглядеть там, где зоркие глаза моряка различали его родной корабль.
– Пора ехать, – сказал, наконец, Фрибулэ, и они стали спускаться по широкой лестнице. Налетевший в эту минуту порыв ветра чуть не повалил маленького Франсуа, но сильная рука матроса поддержала его.
– Это пустяки, – заметил Фрибулэ, – легкий ветерок… А посмотрел бы ты на мистраль[6]! Вот это настоящий ветер!.. Впрочем, в Алжире ты познакомишься с сирокко. Сирокко – то же, что мистраль, разница только в том, что мистраль дует с севера, а сирокко с юга, мистраль холоден как лед, а сирокко удушлив, как самая горячая печка.
Снова усевшись в экипаж, они отправились осматривать живописные окрестности Марселя – с их роскошными дворцами и садами, полными фонтанов, статуй, колоннад и экзотических растений. Картинная галерея, одна из лучших во Франции, не произвела на детей особого впечатления, но зато они вместе с Фрибулэ не могли вдоволь наглядеться на животных в зоологическом саду. Жирафы, носорог, слоны, ламы возбуждали в них безграничное изумление. Перед клеткой громадного африканского льва Жан стоял как прикованный, забыв все окружающее, точно предчувствуя, что ему вскоре, правда, в другой обстановке, придется встретиться лицом к лицу с этим великолепным жителем африканской пустыни.
– Едем скорее, – вдруг воскликнул Фрибулэ, – уже поздно. Мы можем опоздать, а капитан ждать не любит!
Ровно в половине седьмого экипаж подъехал к турецкому кафе. Жан сразу увидел у дверей капитана Гастальди, игравшего в домино с высоким человеком с длинными бакенбардами и в фуражке с золотым галуном.
– А, вот и мои мальчуганы! – радостно воскликнул капитан. – Как видишь, они невелики, много места не займут.
– На «Пелузе» места достаточно, – отвечал тот.
– Дело улажено, – обратился капитан к Жану, – завтра, в субботу, в пять часов вечера вы отплываете в Алжир на корабле капитана Барбкотта.
Жан хотел поблагодарить, но капитан «Пелузы» прервал его:
– Хорошо, хорошо, успеем наговориться в море. Твой ход, Мариус.