Королева-молния. Маги - стр. 41
Оставалась я здесь только ради встреч с ним, мечтая еще раз взглянуть в его глаза, которые невозможно было вырезать из памяти. Утро начиналось с мыслей о нем. А ночью, уже тяжелые от усталости веки не хотели закрываться, в надежде увидеть его силуэт у изголовья кровати.
Быстро шагая по пустынной улице, я остановилась у грота, перед которым росли розовые кусты. Я стала остервенело срывать лепестки роз, растущих вдоль дороги. Будто это могло успокоить мою душу, я безжалостно уничтожала цветы. Совсем недавно я любовалась их красотой, они радовали сердце, но сейчас этот запах отравлял мое дыханье своим совершенством. Их любят все! Меня – нет. Пусть им будет так же больно ка мне.
Когда бутоны жалкими лепестками лежали на земле, я принялась за стебли. Колючки вонзались в ладони, но эта боль была ничтожна, по сравнению с той, что чувствовала душа. Я остановилась, только увидев кровь. Кожа была разодрана шипами роз, местами выступали красные капельки, ладони горели. Но это не помогало выкинуть мысли о нем.
Я упала на колени, опустив кровоточащие ладони в чашу небольшого фонтана. Ледяная вода немного успокаивала боль.
Из тени кустарников показалась морда зверя. Он не рычал, не скалился, значит не собирался нападать. Большие круглые глаза грязно-желтого цвета с жалостью смотрели на меня. Тяжело вздохнув, он исчез в тени розовых кустов. Кажется, это бы волк. Но стал бы дикий зверь сопереживать человеку? Если даже люди не так добры…
Перевязать руки было нечем. Сжав кулаки покрепче, я поплелась в отель. Мне хотелось пинать камни, бить стекла, крушить и сжигать все, что попадется на пути.
У самого входа в отель меня перехватила девушка – секретарь Альберто, с запиской от него. Он срочно хотел видеть меня. Не дав мне возможности даже умыться и вымыть руки от крови, она, поддерживая меня под спину, не давая замедлить шаг, усадила в электрокар и повезла к дворцу Альберто.
Перед кабинетом Альберто собралось множество народу. Обычно, здесь никого не было, но сегодня, видимо, был приемный день. Некоторые стояли, рассматривая картины, в золоченых рамах украшавшие стены, обитые красным бархатом, кто-то любовался лепниной на сводчатых потолках. Мне же полюбоваться этим так и не пришлось. Я была у Альберто уже третий раз, и каждый раз мы стремительно неслись по коридорам, что остановиться времени не было. Другие – дрожащими руками перебирали с документы, листы которых то и дело улетали на пол. Одна пара седовласых мужчин тихо беседовали, попивая кофе, словно визит к Альберту был им не впервой.
Пока я ждала приглашения, остальные ожидающие поглядывали на меня украдкой и перешептывались. Я очень надеялась, что они обсуждают не мой растрепанный внешний вид с порезанными ладонями, а, допустим, ауру.
За дверью слышались мужские голоса, слишком громкие и эмоциональные для светской беседы или делового разговора. Иногда по полу доносились вибрации от глухих стуков.
Через пару минут дверь открыл сам Альберто, и натяжно улыбаясь, пригласил меня войти. Уже зная, чего ожидать от первого вдоха, я набрала в грудь побольше свежего воздуха и прошла в кабинет.
Макс стоял у окна. Он окинул меня таким взглядом, будто я была воплощением всего зла, что есть во вселенной. Его глаза были налиты кровью, а перекатывающиеся желваки делали его хищное лицо еще более страшным. Он стоял, напряженный как натянутая струна. Выпирающие жилы на руках, сжатых в тугие кулаки, делали их похожими на лапы зверя. Он не произнес ни слова, но уверена, осыпал меня проклятьями на три жизни вперед.