Катя и Катерина - стр. 8
– Ну и куда ты пропала?
– Я?.. – прикусила губу Катя. Она принялась лихорадочно соображать: сказать Ире правду или опять, в который уже раз за сегодня, соврать. Правду говорить было боязно, да и не хотелось делать это по телефону. А если соврать, то что? Музей с подругой вряд ли прокатит…
Но Ирка не дала ей поразмыслить.
– Конечно, ты, – фыркнула подруга. – Не я же! Я – вот она.
– Я тоже – вот она, – пробормотала Катя.
– А где была? Я тебе днем звонила – телефон «вне зоны действия сети». Позвонила на домашний, мне твоя мама ерунду какую-то сказала. Про музей. Еще удивилась, почему я не там. Пришлось выкручиваться, сказать, что приболела. Я обманула твою маму, чтобы прикрыть твое вранье! И когда ты научилась врать? Да еще собственной матери! Я тебя не узнаю, Катюха. А ну-ка, выкладывай, что случилось и где ты была?
– В лесу… – выдавила ошарашенная Катя. Да, она понадеялась, что мама не станет звонить одноклассникам, но ей не пришло в голову, что сами одноклассники могут позвонить к ней домой. Молодчина, конечно, Ирка, что выкрутилась, не подвела ее, но что теперь делать с самой Иркой? Неужели придется сознаться? А как на это посмотрит другая Катя?
Но «другая Катя» по-прежнему молчала, словно ее и не было. Зато не собиралась молчать Ира.
– В каком еще лесу?! – возмутилась подружка. – Что ты мне мозги пудришь?
– На твои мозги пудры не много уходит, не жалко, – гыгыкнула в ответ Катя. То есть не сама она, конечно, а ее вторая ипостась, которая после этих слов снова наглухо закрылась.
– Что?!.. – задохнулась Ирина. – Что ты сказала?.. Да ты… да я с тобой после этого…
В телефоне запищали гудки отбоя.
Обескураженная Катя села на кровать и сжала руками голову. Что же это такое? И как ей теперь жить с этим? Вернее, с этой. С этой…
Открылась дверь.
– Иди ужинать, – бросила мама, и дверь снова захлопнулась.
«Ну вот, – подумала Катя, – мама тоже обиделась. Совсем я одна осталась».
И, вовсе не собираясь этого делать, Катя внезапно расплакалась.
Глава третья, о первом школьном дне в новом качестве
Школьный день был полон неожиданностей. Сначала от Кати пересела за другой стол Ирка. Впрочем, чего-либо подобного и следовало ожидать. Зато дальше и впрямь начались чудеса.
Первым уроком был английский, и Катя очень боялась, что ее спросят, ведь после вчерашних приключений у нее просто не осталось сил на перевод заданного текста. И ее, конечно же, спросили. И… Катя ответила. Да еще как! Она говорила по-английски, словно тот был ее родным языком!
Англичанка Вера Павловна после первых же Катиных фраз опустилась на стул и в течение всего Катиного «выступления» лишь мотала головой, приговаривая, как заведенная: «It’s impossible!»
– Ты где так «спикать» наблатыкалась? – подошел к Кате после урока Витька Белов, главный в классе задира и забияка.
– Там, где надо! – неожиданно зло ответила она. – Уроки учить нужно, а не по улице шляться.
– Это кто шляется? – попер на нее Витька, демонстративно закатывая рукава джемпера. – Я ведь не посмотрю, что девчонка, как дам…
Договорить он не смог. Катя ничего не успела понять, увидела только, как собственный кулак, помимо ее воли, подлетает к Витькиному носу, а когда пришла в себя, Белов уже визгливо подвывал, прижимая к лицу ладони, из-под которых капала на белый воротничок рубашки кровь.