Искушение любовью - стр. 37
В горле у Джессики вдруг пересохло.
– Кроме того, я полагал, что мы уже оставили вежливые экивоки позади. Вы мне нравитесь, миссис Фарли. Все очень просто.
– Я… я…
– А вы меня ненавидите. – Теперь он уже откровенно забавлялся. – Так что видите сами – мы с вами оба вне опасности. Вам известно, что я никогда не перейду, так сказать, в наступление. А я в свою очередь могу не опасаться, что вы решите вывести нашу дружбу на новую стадию. Если только вы не вздумаете перестать меня ненавидеть. Мы можем не ожидать друг от друга ничего плохого.
– Значит, я вне опасности? – Джессика пронзила его яростным взглядом. Он выглядел вполне нормальным. Никаких признаков помешательства, если не считать этих отвратительных слов. – Позвольте вам напомнить, что я пыталась вас соблазнить.
– Да, правда. – Он пожал плечами. – Но меня это не пугает. Позвольте вам напомнить, что вы не слишком преуспели. Кажется, такие вещи вам не удаются.
– Да вы… – Она в бешенстве выдернула у него свою руку.
– Да ничего страшного. – Сэр Марк добродушно взмахнул рукой. – Забудем об этом несчастном происшествии.
– Я сделаю все, чтобы вы о нем не забыли! – Джессика остановилась. – И если бы на вашем месте был любой другой мужчина, я добилась бы успеха. А вы бы…
– Вы бы потеряли голову. Оробели. – Его лицо было абсолютно серьезным, только уголки губ слегка подрагивали.
– Что, собственно, вы имеете в виду, говоря, что такие вещи мне не удаются? Да я была неотразима. – Она вздернула подбородок. – Я вообще неотразима. Я могла бы заполучить вас в любую минуту, вы, самонадеянный невежа! Прямо сейчас. Если бы захотела.
– Понятно. Но вы меня ненавидите. – Его глаза блеснули.
– Да. – Джессика сложила руки на груди. – Только поэтому я ничего не предпринимаю.
Некоторое время они шли молча. Если бы она сказала кому-нибудь другому, что может соблазнить его в любой момент, но не делает этого лишь потому, что ненавидит, он был бы в ярости. Сэр Марк, насвистывая песенку, поднял с земли камешек и, как мальчишка, бросил его в воду.
– Я узнаю о вас все больше и больше, – заметил он. – Например, что в вас очень силен соревновательный дух. Вы забавное создание. Бьюсь об заклад, в детстве вы могли сделать все что угодно на спор.
– Ничего подобного. Я кротка, как овечка.
– Вы, наверное, хотели сказать, как огромный разъяренный бык. Который роет рогами землю.
– Если вы это называете охотой, должна вам сказать, такие вещи вам не удаются, – не удержалась Джессика.
Выпад, судя по всему, в цель не попал. Сэр Марк безмятежно улыбнулся:
– Не думайте, что это отобьет у меня желание флиртовать. Как раз это нравится мне в вас больше всего. То, что вы не боитесь прямо говорить мне нелицеприятные вещи. Мне в вас вообще многое нравится – и боюсь, это дает вам неоспоримое и несправедливое преимущество. Учитывая, что вы меня так презираете.
– О, вот как?
– Видите ли, вы напоминаете мне моего брата.
Джессика подняла бровь.
– Я напоминаю вам вашего брата? Сэр Марк, со мной флиртовали сотни мужчин. Ни секунды не колеблясь, я заявляю вам, что вы – худший из них. Вам нужно серьезно поработать над своим умением делать комплименты. Ни одной женщине на свете не понравится, что она напоминает мужчину. Даже если этот мужчина – герцог.
– Нет, не этого брата. Не герцога. Моего среднего брата. Дело в том, что слова и поступки Смайта полностью противоречат друг другу. Чтобы понять, что он действительно имеет в виду, нужно наблюдать за тем, что он делает, а не слушать, что он говорит.