Их новенькая - стр. 18
Кто ты, Никлаус? Уже точно не тот вежливый парень, что, уходя, похвалил стряпню моей сестры. Теперь ты настоящий? Или очередная маска?
— Что тебе нужно, Ник? — спрашиваю я, опираясь спиной на комод, стоящий напротив моей кровати.
Он проходит к окну, за которым опускаются сумерки, и присаживается на подоконник. Щелкает пальцами по винтажной шляпке на голове у куклы, от чего я неприязненно морщусь, и смотрит на меня исподлобья:
— Во-первых, в этом доме нет ничего твоего. Ясно?
— Как оригинально, — язвительно улыбаюсь я. — Дальше.
— Дерзкая?
— Скорее проницательная, — не соглашаюсь я, пожимая плечами. — Ты сын того, кто заработал деньги на этот дом, а потому считаешь и себя его хозяином. Я тебе не нравлюсь, и ты благородно решил указать мне место, словно я сама о нём не знаю. Ничего удивительного.
— Отлично, — медленно кивает он, задумчиво исследуя взглядом моё лицо. — Мне нравится, что ты знаешь своё место. Значит, поладим.
— Я бы не была так уверена.
— Ты — не я, — нагло ухмыляется он. Но в следующий миг улыбка исчезает: — Ляг на кровать.
Я поднимаю одну бровь, он тоже. Взгляд изучает, ловит мои эмоции на лице или в глазах, угрожает и продавливает.
Киваю, прохожу к кровати и укладываюсь на покрывало в уютную клетку, которое купила себе сама на собственные деньги. Знаю, это ещё одна проверка с его стороны, но и с моей тоже. Пока он молча за мной наблюдает, я поправляю подушку под спиной, опираюсь на неё и скрещиваю руки и ноги.
— Сними платье.
Я ожидаю чего-нибудь в таком духе, но всё равно чувствую у щёк жар смущения. Слишком откровенная насмешка в его тёмных глазах, слишком откровенен и интерес: поведусь ли, исполню ли и такое распоряжение?
Разумеется, нет.
Открываю рот, чтобы как-нибудь съязвить, но он меня перебивает:
— Расслабься. Ничего нового я там не увижу. Теперь к делу.
— Да, будь добр, — вновь скреплю я зубами, потому что его ремарка отчего-то неприятно царапает грудь.
Он поднимается на ноги, делает пару шагов в мою сторону и невысоко подбрасывает в руках мою куклу, от чего у меня снова чуть не останавливается сердце. Ник качает головой:
— Видела бы ты своё лицо...
— К делу? — поторапливаю я его.
— Завтра в колледж едешь со мной.
И всего-то? Серьёзно? Или он так шутит?
— Зачем? — не понимаю я.
— Это неважно, — проходит он к полке, я слежу за ним взглядом. — Всё поняла?
— Но я...
— Всё поняла?
— Да.
Как в замедленной съёмке, я наблюдаю за куклой в его руке, которую он вытягивает параллельно полу. Ник стоит ко мне спиной, удерживая куклу на весу. Секунда, и его пальцы разжимаются. Я просто не успеваю вовремя среагировать. Она летит вниз, многослойные юбки её красивого платья поднимаются в сторону обратного потока воздуха. Болезненный удар сердца о рёбра. Короткий, наполненный отчаяньем вздох. Звон материала. Она разбивается.
— Ты сдурел?! — подскакиваю я на ноги.
Боже, как же хочется ему врезать!
Правда не долго. Уже в следующий миг Ник резко разворачивается ко мне, жестко хватает меня одной рукой за плечо, дергает на себя и пальцами другой руки сжимает мои скулы. Глаза почти чёрные от той беспочвенной ненависти, что горит в его остром, как бритва, взгляде. Я задыхаюсь, и от него, и от негодования, что бушует у меня в груди. Тем временем, Ник цедит у моего лица, обжигая кожу горячим дыханием: