Варианты выполнения судостроительной программы 1895 года. И программы по усилению Дальнего Востока - стр. 3
Племянник Великого князя Алексея Александровича, великий князь Кирилл Владимирович, наблюдая за маневрами германского флота в Киле в 1895 году, заметил:
«Должен признаться, что в конце 90-х годов наш флот производил жалкое впечатление: большинство кораблей совершенно устарело и не было пригодно к использованию – флот подлежал полной реконструкции».
Корабли разных стран на открытии канала. Мероприятие более чем масштабное и значимое
27 августа 1895 года (вскоре, после завершения японо-китайской войны) авторитетный специалист по проблемам военно-морских сил и бывший начальник Балтийского завода, Михаил Ильич Кази, как никто другой отлично знающий из чего и как построены корабли Российского императорского флота, представил Николаю II записку: «О современном состоянии русского флота и его ближайших задачах». В ней он обосновывал, в цифрах и технических характеристиках кораблей, необходимость ограничиться на Балтике флотом активной обороны, состоящим из канонерских лодок, минных крейсеров и миноносцев (наследником которого стал москитный флот СССР), на Чёрном море поддерживать имеющиеся броненосные силы, а центром сосредоточения Российского императорского флота должен стать Тихий Океан, не просто так, а для, ни много ни мало: «Отстаивания экономических интересов государства».
Данные идеи нашли поддержку, как у императора Николая II, в котором бурлила германо-датская кровь, не забывшая унижения четырехлетней давности, когда его, будущего императора, по голове рубанули самурайским мечем (да так, что часть костей черепа отошла), и вдовствующей императрицы Александры Фёдоровны, родом из Дании, так и многих других военных и политических деятелей, которые покорение Манчжурии и Кореи представляли себе не сложнее чем покорение Средней Азии состоявшееся семнадцатью годами ранее.
Однако, управляющий морского министерства Николай Михайлович Чихачёв и генерал-адмирал, великий князь, Алексей Александрович были сторонниками ориентации вооружённых сил на противостояние Германии (что было выгодно интересам Франции и вообще миру в Европе, так как соблюдался баланс военных сил) и в частности, приоритетного развития Балтийского флота, а на Тихий океан отправлялись лишь незначительные силы, и то, на непродолжительное время, так сказать, «в командировку».
Данная позиция двойственности, когда молодой император грозно стучит ножкой, а его дядя строит корабли для противостояния с соседней страной, наложила свой отпечаток на все строение Российского императорского флота, на ближайшие годы вперед, так как она до 1898 года продолжала, в виду своей инертности, развиваться на проектах спроектированных еще при Чихачеве Николае Матвеевиче, и лишь «свежий воздух» в виде французского проекта «Цесаревича», вдохнул новое веяние в проектирование броненосцев, а «Варяга» и «Аскольда» – крейсеров.
В 1895 году Морское министерство начало осознавать, что Балтийский флот не соответствует современным требованиям, особенно учитывая стремительный рост германского флота. В то время правительство не предвидело возможных конфликтов с Японией в Тихом океане и не рассматривало её как серьёзного противника на море. Считалось, что существующих сил Балтийского флота будет вполне достаточно для противостояния японским лёгким крейсерам в случае столкновения. В связи с серьёзными изменениями в судостроительных планах, новая корректировка была оформлена как самостоятельная