Сбежавшая игрушка - стр. 5
- Хорошо, - согласился он, все ещё со странным выражением лица смотря на мои окровавленные ноги. – Я знаю, что мы сделаем. Ты поедешь в корзине из-под картошки! Она большая, просторная, ты поместишься. Пойдем! – он потянул меня за собой, но я не могла ходить также быстро, как он, и снова застонала от боли. – Что? – обеспокоенно обернулся Жак.
- Ходить больно, - сквозь слезы просипела я, сжав ноги.
- Так… - растерянно выдохнул он и провел ладонью по волосам. – Иди сюда, - он приблизился и, обняв меня за талию, второй рукой подхватил под колени и поднял. Честно говоря, было ужасно неудобно перед ним, но в таком положении боль уменьшилась, и я не стала брыкаться. – А ты легкая, - растерянно улыбнулся он. Я отметила, что Жак выглядит бледным.
Через заднюю дверь он вынес меня на небольшую площадку за кухней, куда подъезжали повозки с провиантом. Сейчас здесь стояла только повозка Жака с тремя пустыми коробками. Он помог мне забраться в самую большую и опустил крышку. Я поджала под себя ноги и опустилась на плетеное дно. Здесь пахло картошкой и землей, свет проникал сквозь стенки, поэтому не было темно.
- Вперед! Пошла! – приказал Жак лошади, и мы тронулись.
Я тихонечко сидела и не верила, что мне удалось сбежать. Я не обманывалась и понимала, что очень скоро мое исчезновение заметят и начнут искать. Догадается ли кто-нибудь, что именно Жак увез меня? Не знаю, но боюсь даже представить, как рассвирепеет Боргем, когда поймет, что я от него улизнула. Боль в нижней части живота усилилась, и я поморщилась, стараясь не издавать никаких звуков. Развела ноги и задрала юбку. О, боги… Всё в крови. Что это чудовище со мной сделало? Мне было очень страшно, особенно от непонимания, что именно со мной происходит.
Мы ехали около получаса, подпрыгивая на булыжниках. Боль не проходила, но лишь немного притупилась. Повозка остановилась. Я услышала, как Жак спрыгнул и забрался в кузов. Крышка надо мной открылась, и я увидела его лицо, обеспокоенное и все такое же бледное. Жак помог мне выбраться, и снова боль от моих движений усилилась.
Я смогла осмотреться. Мы приехали к небольшому деревянному домику на отшибе. Вокруг почти полная тишина, маленькие небогатые домики, лишь изредка лают собаки.
- Где мы? – шепотом спросила Жака.
- Здесь живет моя знакомая знахарка, - осторожно ответил он. – Попоша, твой вид меня пугает, тебе явно нужна помощь. Пойдем, - он приобнял меня за плечи, и я вновь подавила гримасу отвращения. Жак попытался подтолкнуть меня, но, вспомнив, что мне больно ходить, стукнул себя по лбу и снова поднял меня на руках. Он ногой толкнул дверь, и мне в нос тут же ударил запах самых разных трав. Из этого букета мне удалось вычленить мяту, березовую кору и крапиву. Обстановка в этой избушке была очень скромная, но все украшали сушеные растения. На окнах висела калина, над печкой в углу – чеснок. Жак решительно прошел внутрь и сгрузил меня на небольшую металлическую кровать в углу. Сидеть на мягкой перине было намного удобней, чем на жесткой поверхности, но меня смущало то, что я запачкаю постель незнакомой женщины своей кровью. Хоть боль притупилась, и на том спасибо.
Мой друг ушел в другую комнату, я слышала, как он кого-то зовет. Вскоре раздались шаркающие шаги, и ко мне вышла очень старая бабушка.