Прости, я виноват, или Следователь для бизнесмена - стр. 8
Без них мне было трудно записать его в бабники, разочароваться — и прекратить, наконец, мечтать о несбыточном... И речь об отношениях, а не о том, на что намекали взбунтовавшиеся гормоны.
— Нет, — вздохнула, в который раз подавив эмоции. — Я имела в виду, что вы могли установить здесь скрытую камеру. О которой ваши подчинённые не в курсе. Или наоборот, они могли добавить что-то без вашего ведома. Для пущей безопасности. Звукозаписывающее устройство, например. В таком случае они вряд ли рискнут открыть мне правду, не получив прощения за своеволие...
— И вас натолкнула на эту мысль моя оговорка про неполный отчёт? — уважительно хмыкнул Михаил Владиславович. — Неплохая идея. Надо взять её на заметку. На будущее. Но сейчас — увы, ничем помочь не могу. Если бы что-то было, мои сотрудники не стали бы это скрывать. Не в этот раз. Слишком многое стоит на кону. Так что, как бы мне ни было жаль вас разочаровывать, по-простому решить задачку не получится.
— А что насчёт подделок? Как по-вашему, записи с камер могли подменить?
— Сомневаюсь. У нас стоит отличная многоуровневая защита от виртуального взлома. Да и люди, способные на подобные трюки, обычно специализируются на воровстве информации. Что более выгодно с точки зрения финансов. И лучше окупает командную работу.
— А с точки зрения моральной составляющей? Физическое влияние на камеры вы тоже исключаете? Не изнутри, а снаружи.
— Я полностью доверяю своим сотрудникам, если вы об этом. И они отвечают мне взаимностью. Чтобы уговорить их на предательство, понадобятся очень веские аргументы. В деле таких не фигурирует.
Тут Матвеенко всё-таки выбрался из-за стола, своей решимостью вынудив меня инстинктивно посторониться, подошёл к двери, провернул ключ в замке — и замер, так и не переступив порог.
— Я знаю, в каком направлении вы планируете копать, — не поднимая головы, глухо обронил он. — И не стану чинить препятствия расследованию. Но приму вашу теорию исключительно в том случае, если вы сумеете меня убедить, что она имеет больше прав на существование, чем все прочие варианты, вместе взятые. А если добыть необходимые доказательства всё же не удастся, то я не хочу даже слышать о ваших несостоявшихся предположениях!
И я судорожно сглотнула, подсознательно ощутив исходящую от собеседника угрозу... Которая, как ни странно, лишь утвердила меня в правильности выбранного пути.
Будь Михаил Владиславович уверен в честности своей невесты, он бы вообще об этом не заговорил. А раз он сомневался, значит, за Елизаветой уже числился некий грешок. И, похоже, не один. Что дарило мне надежду выслужиться... А на большее я рассчитывать не смела.
На чужой беде счастья не построить.
3. Глава 2. РАССЛЕДОВАНИЕ
Остаток этого дня и весь следующий я провела в кабинете начальника охраны — сурового нелюдимого человека с говорящей фамилией Бобылев. Точнее, в подсобке, примыкающей к этому кабинету. Откуда Бобылев, строго следуя указаниям Матвеенко, без малейших угрызений совести выставил двух парней, не позволив им перекинуться со мной ни словом. А следом ретировался сам, даже не объяснив мне, как пользоваться аппаратурой! Будто хотел доказать всем мою несостоятельность... Но я не была бы собой, если бы сдалась! И вскоре, методом проб и ошибок, разобралась, как переключаться между помещениями и выбирать дату. А глубже лезть и раньше не собиралась. Благо нумеровались камеры в строгом соответствии с их поэтажным расположением, а кодовые имена устройств наблюдения из приёмной и возле неё были указаны в отчётах службы безопасности. Без этого меня бы ждал полный провал. А так я взяла их за точку отсчёта — и без раздумий погрузилась в прошлое.