Поэтическая афера - стр. 35
Проходя мимо кухни, я обратил внимание на сидящих за столом Зорина и Покровского, которые очень оживленно что-то обсуждали. Выйдя в подъезд, Катенька пару раз покружилась и стала у окна.
– Я, наверное, совсем выжила из ума, – сказала она смеясь.
– Нет, что Вы, – заволновавшись, начал переубеждать ее я.
– Тогда почему Вы так смотрите? – спросила она, выпуская дым.
– Простите, я задумался, – сказал я, стараясь принять как можно более непринужденное выражение лица.
– О чем, позвольте узнать, Вы думаете?
– Евгений, тот поэт, что сейчас у Чернова, он мой товарищ. Попросил устроить им встречу. Не знаю, насколько правильно я поступил, поддавшись на его уговоры. Вдруг Чернову не понравятся его стихи?
– Новый поэт в нашем клубе? Мне интересно послушать, – сказала Катенька.
– Нет, да и вряд ли будет, понимаете, Катенька, он здесь проездом, сам из Петербурга. Так что если он и будет что-либо читать, то, может быть, лишь сегодня.
– Там что-то происходит, Вы слышите? – спросила она, бросая папиросу и убирая мундштук.
– Кажется, да, – из квартиры Чернова действительно раздавались какие-то выкрики или что-то очень похожее. Мы поспешили подняться в квартиру. Когда мы открыли дверь, стало понятно, что звуки происходят из комнаты, где сидят гости. Мы поспешили туда. В центр комнаты был вынесен стол, который раньше находился в кабинете у Чернова. Сам же Чернов был здесь, он был пьян, галстука не было, верхние пуговицы на рубашке были расстегнуты, а его всегда причесанные волосы взлохмачены. На столе стоял Фитиль, без пиджака, без галстука, с раскрасневшимся от жары и, наверное, коньяка, лицом.
– Давай еще, – выкрикивал Чернов. – Глаголом жги сердца людей! – кричал он.
Фитиль засмеялся.
– Дай прикурить, – крикнул Чернову Фитиль. Чернов подошел, дал ему сигарету, прикурил Жене, который наклонился к хозяину вечера.
– А теперь, читай! Читай! – кричал Чернов.
Фитиль, со всем присущим ему умением громко читать свои стихи, которое он продемонстрировал нам с Зориным еще в первые дни приезда ко мне, начал читать:
Этого просто не могло быть, все происходящее мне напоминало дурной сон. Мне становилось жарко. Я взглядом нашел Зорина, стоявшего у стены. Он перехватил мой взгляд и покачал головой, что не предвещало ничего хорошего. Все присутствующие были удивлены таким поведением хозяина вечера, а также молодым и не известным никому поэтом. Фитиль тем временем все продолжал:
– Держи, – Чернов протянул Жене бутылку с коньяком, тот сделал пару глотков, затем затянулся папиросой и, бросив ее под ноги, прямо на столе и начал танцевать. Чернов начал аплодировать и подбадривать. В этот момент ко мне подошел Зорин, и мы с ним вышли в коридор.
– Что здесь произошло? – спросил я.