На балу у демонов. Готический роман - стр. 17
Не успел он даже опомниться, как во мраке ночи опять появился кровавый демон.
– Ты искал свою смерть, – прошипел он, – и ты получишь ее.
Родерик едва успел схватить свой меч, прежде чем лучи какого-то странного сияния чуть не вонзились в него острием своей молнии. На его плече осталась рана.
Он знал, что в этом поединке ему не выжить, но он не хотел сдаваться.
– Я убью тебя, демон, – прошептал он, – и теперь уже ничто не сможет остановить меня.
Родерик молниеносным ударом вонзил свой меч в сердце демона по самую рукоять, и из него хлынули потоки крови, но дьявол, по-прежнему, был жив. Он вытащил из самого сердца своей когтистой лапой меч принца и тут же вонзил в плечо Родерика.
– Достаточно, – произнес демон, – с меня и с тебя хватит игр смерти и человеческих побед. Ты должен умереть, как умерла Эмили и как умрет ее дочь.
Вероятно, сила любви на миг вернула принцу призрачный образ Эмили.
– Уходи, уходи отсюда скорее, – прошептала она, и на ее лице отразилась та же сильная боль, те же страдания, те же муки, что и в сердце Родерика.
– Я не могу, – ответил он, – теперь я навсегда останусь с тобой, и не важно, что вместе с этим я оставлю свою душу кровавой смерти.
Он вновь посмотрел на Эмили, и она подарила ему последний поцелуй самой смерти.
Огонь вспыхнул вокруг их фигур, и в его пламени они оба исчезли.
Клара с печалью и рвущей сердце тоской издалека смотрела на адский огонь, где сейчас сгорало и ее собственное сердце. Она была похожа на мечту, но она не была мечтой, она любила, и она хотела любить, но никогда не была любимой. Прекрасная Эмили навек отняла ее счастье, ее мечты, ее любовь.
Она любила Родерика, и в то же время любила Эмили, которая отнимала у нее ее любовь. Даже сейчас она любила ее дочь, как свою собственную плоть и кровь, и она знала, что она сможет спасти ее и защитить от всего зла и всех сил тьмы.
Да, она увезет ее отсюда, позабыв обо всем, и она сможет спасти прекрасную Маерлин, она поможет ей стать воплощением мечты, и эта единственная возможная любовь в ее жизни, полной пережитых ею предательств и обманов, станет искуплением за все муки преследующие ее, и, быть может, подарит настоящее счастье.
– Мы уедем отсюда, Маерлин, – прошептала Клара, – силы зла никогда не смогут отыскать тебя, мы навеки победим их.
Клара невольно вздрогнула, пытаясь сдержать рыдания, и посмотрела на огонь.
Да, ее любовь сгорела в пламени этого огня, и счастья уже было не вернуть.
Чувство огромной потери с тех пор никогда уже не покидало Клару.
На пламя того же огня смотрели и горящие неистовой злобой глаза кровавого демона. Он шептал:
– Я разыщу тебя, Маерлин, твое сердце приведет тебя ко мне, твоя душа навеки принадлежит смерти, и мечтания твоего сердца отдадут тебя ей.
Время неумолимо утекало, забирая с собой в вечное бессмертие все новые мгновения, дни, месяцы, годы. Огонь безумных глаз кровавого демона смешался с легендой прошлого. Оно было готово проявить себя в любую минуту, но все равно неумолимо угасало в памяти. Не только время разрушало память о былом, сама человеческая жизнь хотела уничтожить воспоминания о зле.
Над полыхающим огнем прекрасного камина в конце огромной залы висел очаровательный, наполненный бесконечной магией красоты портрет, и свет слабеющего дня, едва пробивавшийся в залу, наполнял его необъяснимой таинственностью.