Кошмарный кондитер, или Эта ужасная свадьба - стр. 23
В срочном порядке пришлось доставать мозг из трусов.
Следующие двадцать минут мы обсуждали предстоявшую крупную сделку. В своем экземпляре контракта он сделал столько пометок, почти в каждом пункте, что я с весельем представил, как будут собирать со своих щек слезинки наши юристы.
Не вся дотошность отца была спущена на меня.
– Я хочу, чтобы ты лично съездил в Екатеринбург. Не доверяю им. Посмотри производство. Надо быть уверенными в наличии у них необходимых мощностей. Проверь их контракты с поставщиками на поставку металла. Личный грузовой автопарк и договора с транспортными компаниями…
Я кивал, делая вид, что получал ценную и новую для себя информацию.
С четырнадцати лет я присутствовал на его рейдах. Видел, как он ненавязчиво – через нос – доставал внутренности будущих контрагентов. А потом запихивал их – по тому же пути – обратно, оставляя у них приятное послевкусие от общения.
Все, что он мне перечислял в данную минуту, я уже знал. Видел на практике.
В определенных кругах давно ходили пересуды, мол, с Мотовым лучше не связываться, если не хочешь остаться с нервным тиком и без густой шевелюры, но учитывая щедрость отца, на каждую сделку десяток желающих был. Летели богатые, алчные мужики, как… сами понимаете, кто и куда.
– Я возьму Клима с собой, – зачем-то предупредил его.
Этот придурок, мой друг полоумный, изрядно меня стал напрягать. Его маниакальные замашки в отношении девчонки Даля не сулили ничего хорошего. Оставь я его одного в городе – утащит ее ненароком куда-нибудь в укромное место, а через пару дней будет рыб кормить на дне запруды в глуши, в области эдак Калужской.
Никогда Клим не сходил с ума по девчонкам. Более того, их всегда у него было много. Отношения с Яной тому не мешали. Какая муха его укусила теперь, я не понимал. Всем нравятся недоступные барышни. Так и есть, даже спорить не стал бы. Но Даль… Лично я не хотел бы в его лице иметь неприятности.
– Да, пожалуйста, сын. Езжай с кем хочешь. Клим, кстати, с родителями не помирился?
В подробности я отца не посвящал, но в общих чертах объяснил, в чем причина миграции Клима в наш офис. Баклан – он и в Африке баклан. Забавлять отца информацией о Дале я не стал. Не хватало еще того, чтоб мой старик скончался от смеха. Я и так знал, что он о нас с Климом думал.
Попрощавшись и, уже уходя, в дверях отец обернулся и безапелляционно произнес.
– Мы с Ульяной и Фифой ждем тебя в гости на ужин в следующую субботу. С невестой. И, не дай Бог, Вадим, я узнаю, что ты решил устроить для меня представление. Поверь, ты пожалеешь. Лучше твоей девочке быть самой что ни на есть натуральной возлюбленной. Огонь в глазах, трепет в груди, – отец усмехнулся.
То, что мои дела плохи, и я не смогу его провести, я понял почти сразу, как рот свой открыл и рассказал, что предложение сделал. Отец был уверен – и ничего не изменилось – что я до сих пор сохну по Эмили. Одним словом, невысокого мнения о моих способностях умственных. Надеяться оставалось лишь на то, что из Ани хорошая выйдет актриса. «Актриса у нас Эми», – всплыло в мозгу едкое замечание.
Прикрыв глаза, я растер ладонью нижнюю часть лица. Походу, мы с Климом устроили соревнование кто затупит жестче.
Взял с рабочего стола телефон, я набрал Клима. Как только он ответил, я услышал в трубке подозрительный шум. Убью нахрен!