Господин метелей - стр. 22
Он зашел в зал, и я – сперва помедлив – поторопилась зайти за ним. Оставаться одной было страшнее.
Колдун приблизился к зеркалу и довольно долго его изучал.
- Я ничего не вижу, - сказал он, наконец. - А ты?
Подойдя бочком, я заставила себя взглянуть в хрустальную глубину. Зеркало показало мне кресло, амурчика, каминную полку и… меня.
- Теперь никого нет… - пробормотала я, понимая, что в очередной раз выставила себя дурочкой.
- Значит, призрак? – повторил Близар и начал паясничать, приставив ладони ко рту и поворачиваясь в разные стороны: – Призрак, где ты? Ау! Выходи! – он проверил углы и даже заглянул под стол. – И здесь нет, представляешь? – объявил он с нарочитым удивлением.
Я смотрела на него исподлобья, испытывая огромное желание сказать, что человеку его положения и возраста не подобает глупо шутить. Человеку его возраста… А сколько ему лет?
Но Близару, похоже, и самому надоело дурачиться.
- Или ты таким образом хочешь увильнуть от работы? – спросил он меня уже совсем другим тоном – холодным, высокомерным.
- Нет, - покачала я головой. – Кстати, спасибо за сапоги.
- Не стоит благодарности, - отозвался он. - Это была предоплата. Надеюсь, ты меня не обманешь. Да, Антонелли? Кстати, если не выполнишь, что обещала – денег не получишь.
Кровь бросилась мне в лицо:
- Девиз нашего дома…
- Повторяй свой девиз про себя, когда будешь здесь убирать, - перебил он. – И не кричи больше на весь дом. Здесь чтут тишину и спокойствие. Заруби себе это на носу.
- Но я не… - хотела я оправдаться, но он уже вышел.
Я не кричала! В сердцах я схватила тряпку и начала оттирать это проклятое зеркало. Но никакие видения меня больше не беспокоили, и постепенно пережитый страх забылся, уступив место злости и решительности. Вскоре я была уверена, что бледное отражение мне почудилось. В этом мрачном месте еще и не такое привидится.
Но я – не кричала! Да я даже не пискнула!
Вытерев пыль с зеркала, подлокотников кресел и каминной полки, я не поленилась залезть на стул, чтобы протереть крышку и циферблат старинных часов. Часы были презабавные – с гирьками в виде гномьих голов. Гномы гримасничали, высовывая языки и хитро прищуривая глаза, отчего так и хотелось щелкнуть их по круглым вздернутым носам.
Стрелки показывали уже три четверти одиннадцатого, и я решила поспешить, чтобы успеть вернуться в Эшвег до сумерек. Переночую в гостинце (в «Холлерохе», конечно же, а не в этой тараканьей забегаловке «Рейнеке»), а утром найму извозчика и отправлюсь домой. Пожалуй, у меня даже останется немного денег, чтобы купить Тилю конфет. Вот он обрадуется!
Часы начали бить, и я машинально считала удары.
Один… два… десять… одиннадцать… двенадцать…
Двенадцать?
Я посмотрела на стрелки – они обе указывали точно вверх. Разве я провозилась так долго? Надо работать побыстрее. Часы опять начали бить, и после третьего удара я уставилась на циферблат.
Бомм!.. Бомм!.. десять… одиннадцать… двенадцать…
Да, стрелки опять указывали на двенадцать.
- Бедненькие, да вас, видно, давно никто не заводил, - сказала я, обращаясь к часам.
Я подтянула гирьки, забралась на стул и отвела стрелки на полчаса назад – по моему мнению, сейчас должно было быть около половины двенадцатого, не больше.
Довольная собой, я вернулась к зеркалу и обнаружила, что тряпка, которую я оставляла на полке, исчезла. Что такое? Оглянувшись, я обнаружила тряпку распяленной на спинке стула.