Горничная для дракона - стр. 34
Рыжая красотка в чёрном плаще с визгом дралась посредине с противным зелёным троллем, пытаясь расцарапать ему лицо, а по углам жались гном, эльф и волк. Господь милосердный, чего это они все? Неужели трудно разнять? И где Арбогаст? Блин!
Тролль наседал на ведьму, и я безо всякой задней мысли саданула его кастрюлей по башке. Тролль издал сдавленный вопль и рухнул на пол, сломав по пути стул. Ведьма глянула на меня, дунув на огненную прядь волос, упавшую на глаза, и хмыкнула:
— Спасибо!
Теперь уже на меня смотрели все. Гном, эльф и волк. Все трое мужского пола. А я тут в платьишке горничной с боевой кастрюлей наперевес. И скрип двери.
— Что происходит?
Арбогаст окинул яростно пылающим взглядом приёмную, и я ощутила все страдания Снегурочки, когда она таяла над костром. Я таяла от этого взгляда, внутренне превращаясь в лужицу. Зато ведьма не поддалась чарам и, гордо подняв голову, ответила с достоинством:
— Я пришла первой, а этот господин, — обвиняющий перст её ткнул в бесчувственного тролля, — решил, что это он первый.
Арбогаст только фыркнул, показав, какой тяжёлый болт шериф клал на проблемы индейцев, а я решила разрядить обстановку:
— Можно же билетики сделать, правда? С номерками.
— Мне некогда заниматься этими глупостями, — холодно ответил Арбогаст. — Сделайте вы.
— Это не входит в мои обязанности, — неуверенно ответила я, ища взглядом поддержку кота. Но тот предал меня, не задумываясь:
— Входит.
Ах так? Ладно, поешь ты у меня супчика! Я сказала ему это одними глазами, а потом повернулась к хозяину:
— Обед готов, господи Арбогаст, вам сервировать в столовой?
Все замерли, с тревогой ожидая ответ хозяина — придётся ли им ожидать во время обеда, но Арбогаст сдаваться не собирался:
— Я никогда не обедаю. Займитесь уборкой и постарайтесь не попадаться на глаза посетителям.
Странное чувство. Вроде и убить его охота вот этой самой кастрюлей, а вроде и поцеловать… Прижаться всем телом, задрать голову и принять губами его жадный рот…
Тьфу!
Из последних сил я выбрала первое — развернулась на пятках и из-за плеча бросила:
— Ну и зря, обед получился очень вкусным.
А потом добавила с достоинством для всех остальных:
— Прошу прощения.
Возвращаясь по узкому коридору на кухню и постоянно задевая плечом то сушёный букет травы, то декоративный череп с рогами, я внутренне кипела и ругала саму себя. Надо было сказать ему, что он просто хам и бессердечная статуя. Надо было тоже фыркнуть. Надо было дать понять, что я не собираюсь лебезить перед ним, даже если он и дал мне крышу над головой и работу. Надо было… Ладно, чего уж там. В следующий раз скажу. А пока возьму и пообедаю сама, накормлю хвостатого предателя… Может быть. И примусь за уборку.
Суп получился просто отменный. Я даже не ожидала. Наоборот, думала, что здешние продукты отличаются от привычных из моего мира, и надеялась не слишком испортить их. Однако, налив в предварительно вымытую глубокую тарелку ароматный супец, я попробовала ложку и расплылась в довольной улыбке. Кот, естественно, тут же нарисовался рядом, на соседнем стуле, и с беспокойством спросил:
— А где моя тарелка?
— За едой иди к господину Арбогасту, — решила повредничать я.
— Зачем? Почему? Разве ты не будешь меня кормить? Ты же обещала!
Его огромные тёмно-янтарные глаза наполнились звёздами, которые подозрительно напоминали слёзы, и я поджала губы, пообещав себе стоять до конца: