Антисваха против василиска - стр. 71
– Павлюк, а какие ещё смертоносные способности у василисков?
– Кроме окаменяющего взгляда? Летать они умеют под облаками, очень быстро.
– Ой! – пискнула Аня, боявшаяся большой высоты.
– Дыхание у них ядовитое.
– Ой-ёй-ёй!
– Магией они владеют, могут сжечь в огне целый город!
– Ну, это вряд ли, – выдохнула Аня, уже проводившая эксперимент по обращению магиней.
Павлюк начал горячо доказывать, что все василиски – магически одарённые существа, а Аня думала: «Если меня никто ещё раз не напугает до смерти, то василиском я спонтанно не обернусь». Вариант обернуться не спонтанно Аня запретила себе рассматривать хотя бы до того, как соберёт максимум сведений о волшебных змеях в целом и о «воскресшем» Василиске в частности.
К вечеру город потрясла ещё одна великая новость: магистр Имран Дайм въехал в свой особняк на центральной площади и выразил уверенность, что отныне будет часто и надолго наведываться в город. Несчастные слуги, много лет прибиравшие особняк и видевшие хозяина лишь мельком, в его редкие краткие визиты, тряслись от ужаса и снесли в дом все виды провизии, что отыскали на рынках и в лавках. Павлюк передал городские сплетни, что хозяева лавок даже оплаты за продукты не потребовали, молясь о том, чтобы Дьявол Дайм наелся вволю и чуточку подобрел, а ещё лучше – вернулся в своё поместье.
Для Ани с приездом в город зловещего магистра ровным счётом ничего не изменилось: она так и ломала голову над вопросом, где раздобыть самоучитель по магии, если таковых, похоже, не существовало в принципе. Дети магов, как и дети обеспеченных простолюдинов, обучались исключительно на дому или в дорогих частных пансионатах, а вход в лавки с магическими книгами и товарами для занятий магией был разрешён только магам: заклинания на дверях пропускали лишь тех, кто имеет магические силы. Настоящие магические силы, а не ауру-пустышку, что могла изобразить Аня.
Кроме того, объём клиентуры рос, надо было работать. Число дел в архиве антисвахи неуклонно увеличивалось.
14. Глава 14. Дело ювелирши
В начале лета к Ане впервые пожаловала клиентка из верхних слоёв городского общества. Лицо женщины сразу показалось ей знакомым, и когда клиентка назвалась, она её вспомнила: это лицо доводилось видеть за конторкой в ювелирной мастерской, расположенной недалеко от центрального рынка. Госпожа Феррина Ясне удивлённо осмотрелась в Аниной приёмной: пышные занавеси, похожие на фату невесты, были подвязаны траурными ленточками, алые сердца на картинках исчерчены чёрными зигзагами разлома – антураж комнаты был отредактирован в соответствии с целями и задачами антибрачного бизнеса. Ювелирша откашлялась и без проволочек перешла к сути дела:
– Муж оставил меня вдовой десять лет назад, когда мне было примерно столько же лет, как вам. Детей нам Бог не послал, так что в наследство мне досталось только скрипящее по швам, разваливающееся предприятие: мастерская в самом дальнем закутке улицы ювелиров. Я сама, собственными руками, собственными титаническими усилиями сохранила и развила старинное семейное дело: наняла опытных мастеров, заключила договоры с надёжными поставщиками драгоценных металлов и камней, наработала клиентуру, переехала в большое здание в самом начале улицы, максимально близко к центру. Моё дело успешно развивается по сей день, меня уважают коллеги по профессии, я официальный член артели ювелирных дел мастеров. К сожалению, всё это не меняет того прискорбного факта, что я – женщина, а согласно законам после вступления женщины в брак всем её имуществом безраздельно распоряжается муж.