137-я «Околоорловская», «Мимогомельская», Бобруйская - стр. 2
Солдаты и офицеры 624-го полка
Тарусин Г. П., командир батальона 624-го стрелкового полка, майор в отставке:
– Целыми днями мы усиленно занимались тактикой со стрельбами из всех видов оружия. Солдаты проходили обкатку танками, то и дело пешие переходы со всем снаряжением. Было очень тяжело физически.
Запомнился мне такой случай. На марше батальона я заметил слёзы на глазах у одного молодого солдата, он нёс на спине ротный миномет. Когда я спросил его, в чём дело, то оказалось, что его помощник затерялся где-то в колонне, и он вынужден нести миномёт один, без смены, очень устал. Я приказал временно положить миномёт на повозку. В батальоне была в основном молодежь, и привыкать к службе ей было трудновато. Запомнился и смешной случай на этих учениях. Однажды, в знойный полдень, лейтенант Храмов проводил со своей ротой разбор занятия. Подойдя к строю роты, я при беглом осмотре внешнего вида солдат заметил на ногах у одного из них вместо ботинок… валенки. С лица его градом катился пот. На мой вопрос, почему он не по форме одет, солдат дал объяснение на казахском языке. Не поняв его, я попросил стоявших рядом солдат перевести. Один из солдат поднял руку, и с трудом подбирая слова, сказал: «Он одел валенки потому, что у него ботинки хреновые». Последнее слово перевода было произнесено совсем уж в нецензурной форме и поэтому оно меня сильно ошарашило, а у солдат вызвало взрыв хохота. Чувствуя, что это была не хулиганская выходка, а просто низкая квалификация «переводчика» -самоучки, я его только поправил…
В то время довольно часто проводились совещания то у командира полка, то у командира дивизии. Поэтому я хорошо запомнил комдива полковника Алфёрова. Это был человек твёрдый, спокойный, уверенный. Хорошо запомнил слова нашего командира полка подполковника Сущица: «У организованного человека завтрашний день начинается сегодня вечером». Но вот я не разделял с ним его любви к строевой песне «Как дралися мы с поляком от рассвета до темна», которую он, приходя в батальон, приказывал петь на строевой подготовке, временами сам с восторгом шагая в ногу с солдатами. Должно быть, это было связано у него с какими-то воспоминаниями о гражданской войне…
В период затишья и подготовки к новым боям в дивизии развернулась огромная партийно-политическая работа. Полковник Айзенштат и сменивший его на должности начальника политотдела дивизии подполковник Лущинский были опытными и грамотными политработниками, окончившими Военно-политическую Академию. Они умело организовывали политработу во всех ее звеньях, опираясь на большой отряд коммунистов дивизии. Заместителями командиров полков по политической части в этот период были опытные, боевые политработники майоры Корчевный, Елесин, Соболев, и Старовойтов. Политотделу дивизии приходилось решать одновременно несколько задач, направленных на обеспечение боеспособности дивизии. Предстояло в кратчайшие сроки восстановить ротные парторганизации, подготовить к вступлению в партию в комсомол сотни новых солдат. С марта 1943 года в кандидаты и члены партии было принято 950 лучших солдат и офицеров. Парторганизация дивизии была сильна, как никогда. В дивизию пришло большое пополнение, в основном из Средней Азии, это создавало дополнительные трудности для политработы. Под строгий партийный контроль была поставлена вся боевая учеба, изучение оружия. Ежедневно проводились политинформации, доклады о международном положении, беседы с бойцами. Значительно улучшила свою работу газета дивизии, которая продолжала воспитывать личный состав на традициях дивизии и примерах героизма…